Удивительного романтизма времен Андрея Миронова в театре сатиры уже никогда не будет. Репертуар театра сформирован в расчете на зрителя-простака, который никогда не бывал в нормальном театре. От кривляния некоторых "артистов" театра становится тошно. Добронравов вызывает отвращение. Великий театр превращается в балаган. Александр Ширвиндт слишком добр к своим подчиненным. Пора браться за ум.
{{item.UF_NAME}}
{{item.UF_PUBLISH_DATE_PRINT}}Официальный представитель
{{item.UF_COMMENT}}